Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

корыто против свободы

Вот сидит видный русский интеллектуал на радио, финансируемым кровавым путинским режимом, рассуждает про Белоруссию и говорит про то, что пока людям важнее корыто и стабильность, трудно надеяться на позитивные изменения. Сам интеллектуал издает в тоталитарной России многочисленные книги, читает лекции за деньги, катается по всему миру, морда в телевизор не помещается, не говоря про живот, если когда в России полыхнет, уедет хоть в Израиловку, хоть в США, хоть в Чехию на "Радио Свободу" - пристроят, не бросят родного человечка, а люди будут разгребать то, что эти интеллектуалы наворочали.

Нет, я не продался Кровавому Режиму и не перешел на работу к мерзкой Симоньян и ее "Раше Тудей". Государство русское глубоко нездоровое, но лекарство, либеральными докторами рекомендуемое, хуже самой болезни.

Еще раз. Большевики, когда рухнула ненавистная им Российская Империя, вернулись на обломки ее строить новую страну. Либералы, когда все развалят, уезжают в Париж писать мемуар о том, что они хотели как лучше, но их не поняли.

Апокалиптика

Из Телеграма - либеральный канал с > 360 000 подписчиков "Сталингулаг":

"Ситуация с отравлением Навального становится страшнее с каждым днём. Знаете, как люди, пережившие какую-то катастрофу, спустя время начинают осознавать, что с ними произошло. Только с одним отличием, мы в самом начале катастрофы, и весь ужас ещё впереди. Вот это торжество абсолютного зла, когда все понимают, что не тем, кто заказал покушение, не тем, кто его исполнял, не тем, кто покрывает террористов, придумывая бредятину про самогон, рафаэлки, диеты и заговор масонов – ничего не будет. Они будут и дальше преследовать, травить, стрелять, измываться, с каждым разом всё изощреннее и наглее. Эта безнаказанность, которая уже перешла в кураж «нам можно всё», как нейропарализующий яд, распространяется по всей стране. И это самое опасное биологическое оружие, от которого нет антидота."

Ужасы какие у вас там в России. Наверное, ВШЭ закрыли, журналистов "Эха" расстреляли, редакция "Новой газеты" уехала в полном составе на Колыму, из подвалов ФСБ несутся крики пытаемого Дудя?

где эта Швеция?

Русский человек такой прочитал в Интернете, что в городе Мальмё, который в Швеции, мусульмане озоруют и вообще жизни шведам и шведкам нет уже от болельщиков бородатого пророка - и делится своей горестью в сети социальной. Переживает за шведа, значит. Поэтому я и говорю, что русские добрые и отзывчивые люди, уж не знаю, самые ли на Земле, но точно к началу ближе, чем к концу. Казалось бы, столько дома проблем у русского человека, все у него украли, а если что не украли, то украдут, бедность большинства неприличная, богатство меньшинства непристойное... Но нет, Швеция этого русского человека волнует, чуть ли не самое русофобское государство в Европе (потому что огребли последний раз от русских только в начале XIX века и память о том сильно подыстёрлась). Чудны дела Твои, Господи, но создал же Ты для чего-то эту отзывчивую восточнославянскую душу, переживающую даже за тех, на кого забить и растереть в общем-то.

после Мао



"Постепенно стали формироваться черты культа личности Хуа Гофэна. В октябре (1976-го - А.К.) в партийных документах стала использоваться формулировка «возглавляемый товарищем Хуа Гофэном ЦК партии». 25 октября в совместной передовой статье центрального органа ЦК КПК газеты «Жэньминь жибао», центрального органа НОАК газеты «Цзефанцзюнь бао» и журнала ЦК КПК «Хунци» «Великая историческая победа» Хуа Гофэн был назван «преемником, выбранным лично великим вождем Председателем Мао Цзэдуном», «надежным кормчим партии и государства», «вождем нашей партии». 18 ноября на Всекитайском совещании по пропагандистской работе Ван Дунсин назвал его «гениальным вождем, преемником, избранным Мао Цзэдуном», подчеркнув, что «пропаганда Хуа Гофэна – это завет, данный председателем Мао». В январе 1977 г. формулировка «гениальный вождь Председатель Хуа Гофэн» появилась в партийных документах. В апреле была поставлена задача усилить пропаганду Хуа Гофэна как верного ученика Председателя Мао, «нашего хорошего и доброго вождя», «любимого председателя», «мудрого полководца». В мае эти задачи были поставлены перед армейскими органами пропаганды. Всего с декабря 1976 г. по декабрь 1978 г. в печатных изданиях было опубликовано 54 приветствия и 58 автографов Хуа Гофэна, в различных регионах страны были проведены выставки фотографий и произведений искусств, прославлявших Хуа Гофэна. Восхваления в его адрес стали звучать в кинофильмах и театральных пьесах. Известны случаи, когда после посещения Хуа Гофэном предприятий и учреждений предметы, которыми он пользовался («термос, чашка, стул»), выставлялись как музейные экспонаты".

(читаю "Историю КНР", сейчас про после Мао)

В 1981 году гениального вождя и нового любимого председателя из вождей выперли.

Все-таки товарищи, хотя вождизм на определенном этапе технически полезен - оперативность принимаемых решений выше, есть некий символ, который работает сам по себе, если смотреть ретроспективно, то вреда от него для дела коммунизма как бы не больше.
burzhuizaputina

не пропадет Россия!

"19-летний сын Сергея Шойгу Данила Шебунов стал бизнесменом: весной он зарегистрировал компанию по управлению недвижимостью, и мы узнали, какие одарённые дети у чиновников.

Шебунов по совместительству — игрок молодёжного состава тульского «Арсенала», над которым шефствует бывший зам Шойгу, а ныне — тульский губернатор Алексей Дюмин

А мама футболиста — давняя знакомая министра обороны, за последние двадцать лет превратившаяся из обычной бортпроводницы в воздушном флоте МЧС в крупную подрядчицу силовых структур и владелицу роскошного поместья по соседству с домами братьев Ротенбергов."

(из Телеграма)

Какие все-таки талантливые дети у нынешнего русского Начальства. Просто горжусь Россией.

Тут наднесь у кого-то прочел: в 1917 голодранцы какие-то в России пришли к власти, рванули в социальные лифты, всякая шелупонь полезла наверх. А вот теперь все хорошо - талантливые дети талантливых родителей. И внуки будут без сомнения талантливы не менее.

Все-таки пора уже возрождать князей, графов и баронов - давно пора. Да и про крепостное право надо бы задуматься.

было бы странно

Примерно раз в неделю то в комментах, то в постах, то в статьях я читаю, что деление на "правых-левых" устарело, что в современном мире разделение происходит по совсем другим линиям, что русский, американский или финский работяга - очень за правых, за Путина, за Трампа, за "истинных финнов", если еще не хуже, и потому классовое деление уже не работает и от него надо отказаться, а кто думает иначе - это застрявшие даже не в XX , в XIX веке, чудаки.

А потом я читаю, что путинский дружок Ротенберг стал самым богатым человеком России (вы, кстати за кого болеете в этом эпическом соревновании? - я лично за Михельсона, хотя, как человеку русскому, мне надо бы за Потанина), или что Джеф Безос стал богаче еще на 200 миллиардов долларов.

То есть устареть оно значит якобы устарело, да вот только какие-то паразиты только раздуваются и пухнут от количества денег, которые они нахапали - и все не насытятся, суки.

А что работяги терпят все это, так, знаете ли...В начале XX века рабочий класс предали эсдеки из II Интернационала. В конце XX века - переродившиеся партии, называвшие себя коммунистическими. Да и сейчас предают и продают.

КНР при Мао - книга

Несколько лет назад ведущие русские синологи осуществили очень масштабный академический проект - выпустили многотомник, посвященный истории Китая с древнейших времен до почти нашего времени.

Я слышал крайне хвалебные отзывы об этом, хотя, конечно, как не китаист совсем не могу ничего сказать от себя.

Добрые люди выложили все 9 томов в Интернет, за что им большое человеческое (на самом деле томов 10, последний, посвященный китайской периферии и диаспоре пока не выложен).

Мне интересен период маоистского Китая, которому как раз и посвящен данный, то есть 8-й том.

knr_Страница_001

Вокзал. Рассказ.

Памяти Александра Валентиновича Климова.

Дикторы объявляли о прибытии и отправлении поездов, в бесчисленных кафешках ожидающие могли на скорую руку поесть какой-то хорошей или не очень хорошей еды, время от времени уборщицы-узбечки или таджички, толкали перед собой подметально-уборочные машины – все-таки XXI век на дворе, прогресс не стоит на месте, бдительные охранники и полицейские приглядывали за тем, чтобы не проник какой злоумышленник – от террориста с бомбой до ловкого карманника.

И все время кто-то уезжал и приезжал. Рабочие-вахтовики отправлялись на Север добывать углеводороды для олигархов, гастарбайтеры ехали в Москву и Петербург строить дома-муравейники на окраинах двух этих разросшихся до безобразия русских столиц, мужчины средних лет – коротко стриженные, с одинаковыми рюкзаками, отправлялись в какую-нибудь очередную экзотическую страну участвовать в какой-то очередной прокси-войне, стайки детей с учителем ехали на экскурсии, евреи опять уезжали из России в Землю обетованную, программисты ехали в далекую американскую Кремневую долину, чтобы стать новыми Биллами Гейтсами и Стивенами Джобсами, влюбленные расставились на время, часто не предполагая даже, что расстаются навсегда, тещи уезжали в Саратов, уставшие от земной бестолковщины командировочные рептилоиды отправлялись в отпуск на свою такую далекую и такую любимую Нибиру, бригады политтехнологов направлялись в очередной губернский город организовывать победу на выборах какому-нибудь абсолютно проворовавшемуся кандидату от «Единой России», постоянно ехали искать правду в столицу униженные и обманутые провинциалы, родители везли туда же на операции больных детишек…

В общем, обычная суета.

И каждый вечер на вокзале появлялся этот человек. В будние дни по вечерам – видно, после работы, а в выходные и праздничные дни иногда и до полудня.

Он садился где-то в уголке, клал рядом с собой портфель, при этом так, чтобы не сперла его какая-нибудь нечистая на помыслы вокзальная душонка, доставал из него старую книгу с пожелтевшими страницами – как обычно какая-нибудь толстая книга из серии «Библиотека советской классики», и погружался в чтение. Иногда, наоборот, он доставал общую тетрадку на 96 листов и что-то в ней писал, временами замирая надолго, словно пытаясь найти правильное слово или вспомнить что-то забытое.

Через несколько часов человек расстилал рядом с собой газету и доставал из портфеля очень нехитрую снедь – пару вареных яиц, огурец, черный хлеб, кусок курицы или колбасы. Съев все это, он с удовольствием пил горячий чай, который наливал из китайского термоса «Великая дружба». Термос остался ему от мамы, которые в конце 50-х годов прошлого, то есть XX века века, училась в текстильном институте, и в группе у нее был китайский студент, с которым она очень, хотя и платонически, дружила, и который подарил ей этот термос в день защиты диплома. Мама даже с ним переписывалась несколько лет, но потом переписка прекратилась. Она не узнала, что ее друга-китайца, ставшего директором небольшого завода в городе Ухань, провинция Хубэй, во время культурной революции как агента советского социал-империализма забили насмерть юные революционеры-хунвэйбины.

Однажды бдительный охранник подошел к человеку и спросил, чего он ждет. Тот растерянно посмотрел на него, потом, немного заикаясь, ответил:

- П-поезда жду.

- Куда? – спросил строго бдительный охранник.

- В СССР, - ответил человек.

Охранник задумался. Отошел в сторону. Позвонил куда-то по рации.

- Но ведь туда поезда больше не ходят, - вернулся он. – И давно уже не ходят.

- Я знаю, - сказал человек. – Но мало ли что. Может, какой дополнительный дадут.

Охранник, несмотря на свою суровую внешность, человеком был незлобивым, а потому махнул рукой на чудака с портфелем. Так что потом и другие охранники его не трогали, и охранники из других смен, и полицейские. Люди вообще на самом деле существа добрые большей частью, вот обстоятельства, бывают, заставляют некоторых становиться нехорошими. Хотя, конечно, бывают патологии, это, наверное, что-то с генами не так. Тогда появляются чубайсы или кальтенбруннеры. Но это все-таки редко.

Несколько лет этот мужчина приходил на вокзал. А однажды не пришел. И на другой день. И на третий.

Вроде бы и вокзал остался тем же, и люди все так же уезжали куда-то и приезжали откуда-то. А вот что-то исчезло.

Что стало с тем человеком, никто не знает. Может, потерял надежду, что когда-нибудь дадут дополнительный и он уедет в свой Советский Союз. Может, решил попробовать добраться каким другим способом. А может и умер.

личное

Некоторые успели меня похоронить, как мне тут сообщили. Не знаю, правда, порвали ли два баяна.

Нет. Не сегодня, по крайней мере.

рабочий - это существительное

Про рабочий вопрос.

Я, в 1001-й раз скажу и повторю, что я всегда в первую очередь за рабочих. Русских, финских, белорусских, турецких, даже американских.

Это связано и с поворотами личной биографии - у самого 15 лет советского трудового стажа как рабочего, и происхождение мое из ленинградской рабочей семьи - до революции прадед переехал из деревни Невельского уезда Псковской области в Петербург работать на Путиловском заводе, и бабушка моя была рабочим, и ее сын, и в коммуналке, где она жила, жили рабочие семьи. И я хорошо знал тех мужиков, со станкостроительных заводов на Выборгской стороне, мастеровых людей, умеющих, кажется, все - от починить продукт кривоватого советского автопрома, телевизор или холодильник до сделать своими руками детскую кроватку или домкрат для корчевки пней на полученных от Завода шести сотках.

Ничего против интеллигенции не имею - нехай писатель пописывает, а читатель почитывает, и к волосатым ребятам, любителям портвейна, игравшим русскую шубу-дубу, по старой памяти хорошо отношусь - рок-клуб, моя молодость... Ученые, врачи и учителя - вообще святые люди, тут и разговора нет.

Но мир стоит на рабочих. На электриках, сантехниках, токарях и слесарях, строителях, шахтерах и водилах.

И вот для меня тоже много лет назад, когда польский рабочий класс поднялся - между прочим 40 лет как раз, а чего-то мало вспоминают, про смерть Высоцкого больше писали - поднялся, и поднялся реально против ПОРП и госсоциализма советского типа, это было потрясением мирового масштаба. Первый был звонок, чего там, по советскому социализму и мировому коммунистическому движению.

И какая была радость от прокуренных диссидентских квартир в Москве и Ленинграде до штаб-квартир радиостанций "Свобода" и "Свободная Европа", содержавшихся на денежки ЦРУ США и более мелких западных спецслужб.

Появились на последних тематические передачи "Хроника рабочего движения", в СССР даже попробовала диссида создать свой независимый профсоюз - с каким-то фантастическим составом в виде неизменных Лерочки Новодворской и Люси Алексеевой, никогда в жизни, как я думаю, ничего тяжелее авторучки не державших (насчет Люси Боннэр не помню, правда, может, ее в этом профсоюзе и не было).

Все это было бы крайне мило и трогательно, но ровно тогда, в эти годы, именно конкретно в начале 80-х, на волне неолибельных реформ, в Англии Железная Маргарита Тэтчер громила беспощадно шахтерские забастовки, а в западных СМИ шла бешеная антипрофсоюзная кампания на тему "ах, эти профсоюзы с их коллективным эгоизмом". Как человек, увлекающийся политикой уже тогда, я время от времени покупал газету Компартии Великобритании "Утренняя звезда", которую иногда заносило в наш ларёк "Союзпечати", и со словарем читал про все про это.

И уже тогда я понимал, что какое-то тут странное противоречие, хотя Интернет в СССР был только по талонам и для членов КПСС, а поэтому про мем "Это же совсем другое дело!" тогда знать не мог.

Но я до сих пор иногда вижу в памяти, как в восемь утра по эскалатору станции метро "Выборгская" поднимаются из под земли молодые и немолодые мужики - волной, тысячи их, чтобы, выйдя на улицу, разойтись по своим многочисленным тогда заводам, которых много стояло вдоль Невы. А вечером те же мужики, уже уставшие после смены, такой же волной уходили вниз под землю.Это была очень сильная картина, кто такое застал увидеть.

И, главное, было ощущение, что эти люди могут снести что угодно и кого угодно, буде приди к ним такое желание.

То есть, в общем, все я прекрасно понимаю, когда либералы вдруг начинают топить за рабочий класс. И даже очень любить его.