December 16th, 2018

мир и любовь

Абсолютно нас, считающих диамат единственно верным учением, не касаются разборки между секциями по распределению благодати населению, и я бы ничего не писал про украинские церковные дела, кабы не моя вечная привычка удивляться несоответствию между тем, что написано на пузырьке и его содержимым.

Вот есть такое несчастное во всех смыслах государство, как Украина. Четыре года там стреляют и убивают людей. Больше 10 тысяч уже убито и конца не видно.

И что делает церковь в виде стамбульских попов? Ну, правильно, плещет бензинчику в костерок. Мир и любовь? Ну так сказали бы: пока на Украине не утрясется, возьмите паузу с автокафелией. Но ведь ровно наоборот.

Московские попы у меня лично вызывают не более симпатии, чем киевские, но вот стамбульские - это полный зашквар.

Понятно, что их попросили, и мы знаем кто, и мотивировали баблом, но вот какое все это отношение к миру и любви - хз.

советское русское

Шкаф с рукописями Александра Пушкина. Институт русской литературы Академии наук СССР (Пушкинский дом). 1961 год.

pushkin

Но вы и дальше слушайте Холмогорова и Просвирина, которые будут вам рассказывать о ненавидящих все русское советских коммунистах.

музей СССР

новости из галактики Гутенберга

На Флибусте увидел выложенный новый труд Юлии "Я не ракетчица" Латыниной о возникновении христианства.

Слышал где-то, что это только первый том из семитомной (!!!) эпопеи, задуманной видной русской либеральной журналисткой. Семь, брат. Мороз по коже.

Тема возникновения христианства и историчности самого основателя этой мировой религии очень интересна и мне случилось одно время немало почитать об этом. Ничего зазорного в этом не вижу, отцы-основатели марксизма, от Энгельса до Каутского тоже интересовались этим. Потому что слом античности и победа новой идеологии, которая начиналась с жалкой группы антисистемных отщепенцев - это вообще очень интересно.

На каком-то этапе я, правда, стал замечать, что авторы, а авторов много, от религиозных до вполне светских историков или атеистов, начинают или повторяться или уже совсем натягивать несчастную сову на глобус.

Потому что источников на самом деле очень мало: четыре Евангелия, послания и деяния апостолов (из посланий при этом несколько практически однозначно фэйковые) - и пара смутных упоминаний у Флавия, достоверность которых тоже очень зыбкая. По крайней мере то, что позднейшие христианские переписчики редакторствовали сейчас уже не сомневаются даже историки от церкви.

И все. Ну, вроде бы в апокрифическом Евангелии от Фомы МОГУТ быть какие-то исторически достоверные следы, но тоже все очень мутно.

И вот на этой очень скромной базе написаны тысячи книг. С XVIII века, когда впервые начали пробовать разобраться в вопросе с точки зрения науки, а не веры.

Что тут тогда можно сказать нового? Потому что никаких новых источников, даже косвенных, типа свитков Кумрана, не появилось.

Да, профессиональные историки, обладающие соответствующими профессиональными методиками, все время находят что-то новое и из этой скудной базы источников, хотя и у них не более чем вероятные гипотезы. Но историки иногда и с более скудным материалом имеют дело, и тем не менее каких-то результатов добиваются. Так что в обращении к теме исторического Христа само по себе беды нет.

Только вот знает ли, например, Юля арамейский, иврит, латинский и древнегреческий, чтобы хоть как-то иметь право квалифицированно писать на эту тему? Да еще столько томов! А кроме языка ведь нужно иметь и знания по истории в объёме больше, чем это дано в Википедии.

Не хейтерства ради пишу это, хотя в свое время увлекался этим делом, постоянно слушал ее радиовыступления и радостно находил очередные стрелки осциллографа, которых у Латыниной всегда было предостаточно.

Грустно. Не читая этот первый том из семи, уже знаю точно, что это, и что еще у кого-то из читателей, особенно молодых, будут засраны мозги. Как засирал их покойный Задорнов, как их продолжают засирать Фоменко, Носовский и прочие солонины.

Так что беда, беда. И за сына плотника из маленького еврейского поселка тоже обидно несколько. И до него дотянулись русские либеральные недоучки.