August 14th, 2012

трудности жанра

Судя по нижеследующему комментарию, товарищ западный левый потерял всякое чувство симпатии к Толоконниковой, потому что та идентифицирует себя с диссидентами и контрреволюционером Солженицыным, в то время как Россия Путина противостоит империализму в Иране и Сирии.

Идиоты Мухоножки и Варежки есть не только в Рунете, короче.

Collapse )

за науку

10 лет назад мне позвонили друзья из России и сказали, что у мамы инфаркт и что она в больнице. Когда я дозвонился до больницы, врач сказал, что до утра она не доживет. Я сел на ночной "Лев Толстой", идущий в Москву через Питер, и поехал. Можно представить в каком состоянии.

"Толстой" - он ходит до сих пор, не "Аллегро" - ползет медленно. Купе старого типа. В моем купе ехал пожилой мужчина, который заметил мое состояние и как-то пытался мне помочь. В том числе разговорами.

Сам он был ученым в какой-то мудреной физической химии, доктором наук, ехал через Хельсинки из Стокгольма в Москву, в Стокгольме читал лекции. И вот рассказывал мне, как на нем и на его коллегах отразилось все, что происходило с наукой в послесоветской стране. Как при Ельцине не платили по полгода ученым зарплат, как кто помоложе уезжали кто куда. Как кандидаты наук становились челноками, ездили в Польшу за шмутьем и открывали ларьки.

Сам он понял, что все, что он создавал и строил, накрывается и что надо что-то делать. Единственным выходом было как-то использовать Запад. Стал читать лекции в Скандинавии - в Финке, Швеции и Дании. При этом английского не знал совсем. Поэтому просто записывал на бумаге русскими буквами - именно "дип ин май харт". Раз, другой, третий. Втягивался, зарабатывал деньги себе на пропитание, потом даже стали появляться лишние доллары, которые он тратил на приборы - и вез их в Россию. Даже реактивы какие-то. Все время приходилось пробивать через таможню.

Практически на его лекциях и семинарах для скандинавов его лаборатория жила. Потом еще публикации делал, искал и находил гранты, отправлял молодежь в командировки.

Долго мы с ним говорили, все четыре часа, пока поезд не приехал в Питер. И вот врезалось мне это в память. Обычно в юности происходят встречи, которые отпечатываются потом навсегда, а вот у меня случилось такое и уже совсем не в юном возрасте.

Вот он - я не спросил его имя даже - как и Сергей Петрович Капица - остаются для меня символом русских ученых. Которые в России только и поддерживают тот огонек Просвещения, в котором не очень просвещенная страна наша так отчаянно нуждается - и при этом такие, как они, несли этот огонь и в годы дремучего самодержавия (в 1914 году в РИ вышла книга, одобренная Синодом, разоблачавшая учение Коперника), и через советское время, в котором иногда тоже были идиоты - попы марксистского прихода (с) Ленин - бубнившие о том, что есть наука буржуазная, а есть наша, правильная, пролетарская - и через полный развал Горбачева-Ельцина. Наверное, несут его и сейчас - в годы путинского воровства и гундяевского маразма.

Это настоящие русские интеллигенты. Не пейсатели земли русской, не авторы казенных статей о патриотизме или о сраной Рашке, катящейся в говно, или о том, как русских людей обижают. Русские ученые. Которые, когда и если жулье путинское выгонят, будут снова помогать народной власти восстанавливать страну из руин - как они делали это и в голодные 20-е годы и в трагические 30-е.

Только Просвещение и Наука. Только социализм.