У нас же ведь никто не любит неудобных вопросов. Даже мои любимые русские левые. Ладно, про то, откуда взялись какие-то вонючие Торгамадзе и не менее вонючие Лебедевы, я спрашивать не буду, там ребята конкретно сидят по тюрягам. Кто такой Пономарев - тоже. Не будем подыгрывать путинскому дерьму. Но вот к тем, кто так любил постить про Венесуэлу и дорого товарища Уго (царство ему небесное). Пару дней назад в новостях прошло, что в Венесуэле трудности с туалетной бумагой. Как я понимаю, правительство установило ограничение на ее цену, ну и как обычно начались перебои. Во всех антисоциалистических кругах сразу злорадное хихиканье: вот вам, как обычно, плоды социализма. Сразу пошли вспоминать старую шутку времен перестройки про то, что приди в Африке власти коммунисты, через год в Сахаре появятся очереди за песком. Кто-то из тех, кто любил постить фотографии Уго, хоть пошевелился, чтобы что-то ответить? Хуюшки. Потом удивляются, что, как мне сказал один финский работяга (ровно то же примерно я слышал и от русских): хорошо вы, красные, буржуев ругаете, и все правильно про них говорите, только вот приди вы к власти, и начнется как в СССР - очереди за всем. Одна правая (заметьте) эсерка, но умная баба, написала про Ленина (которого считала врагом), цитирую почти дословно: в 1917 году он был единственным в России человеком, который знал, что он будет делать на следующий день, когда придет к власти. У нас есть такие? Короче, пойду я готовится к завтрашнему дню. Неожиданно я оказался преподавателем русского языка для группы финнов, совершенно новое для меня дело. Русофоб, да. Лермонтова вот им читаю... До свидания.