kommari (kommari) wrote,
kommari
kommari

Categories:

Пост в "Сумму идеологий" + отрывок из книги Логинова.

Когда во время войны 080808 я задал теоретический вопрос, нужно ли старику kommari, коли злоебучий блок НАТО нападет на РФ, брать ружжо и уходить сражаться за нашу неказистую, но все-таки Родину (во главе которой сидит всякая мутная сволочь), был результатом большой срач как с ультраинтернационалистами типа puffinus-а (на самом деле - пошлыми национал-нигилистами, красными Смердяковыми), так и с доктринёрами-тру-марксистами, ну и конечно со всякой мелкой малообразованной шпаной из ДСП-а и с украинскими национал-леваками.

И вот жаль, что я, в силу своей недостаточной политграмотности (век живи - век учись), не вспомнил тогда про эту статью товарища Ленина, которая здорово подкрепила бы  мою четкую позицию, что ружжо брать надо, даже если в Кремле и та субстанция, что там есть сейчас:

"О карикатуре на марксизм и об "империалистическом экономизме".

Под катом история статьи в изложении профессора Логинова. Выделения сделаны мной.

 

"В августе Юрий Пятаков, которому в те дни исполнилось 26 лет, прислал статью «Пролетариат и "право наций на самоопреде­ление..."». Владимир Ильич был рад, когда Пятаков и Евгения Бош, бежавшие из сибирской ссылки через Японию и США, в феврале 1915 года появились в Берне. Вместе с Лениным «японцы» стали издавать журнал «Коммунист». Но вскоре стало очевидным, что по ряду вопросов их позиции расходятся. Началось выяснение отно­шений. И присланная Пятаковым статья показала, что «молодые» абсолютно не воспринимали критики, а часто и не вполне понимали ее. «Говорим мимо друг друга», — заметил Владимир Ильич. Было в этом что-то от молодости, но гораздо больше — от теоре­тического дилетантизма.

 

Если суммировать статьи и письма Ленина и его оппонентов, то суть разногласий состояла в следующем...

 

То, что в империалистическую эпоху рамки демократических свобод, как правило, суживались — признавали обе стороны. Ис­пользуя экономическую зависимость и придавленность массы на­селения, буржуазия умело манипулирует голосами избирателей. Добиваясь необходимых ей решений, она — и прямо и косвен­но — подкупает государственных чиновников и само правитель­ство, проституируя тем самым все и всякие «права человека».

 

Никто не отрицал и того, что в начале XX столетия под ви­дом «защиты отечества» ведутся, как правило, войны за передел сфер влияния. И уж тем более все понимали, что за тягой угнетен­ных народов к самоопределению зачастую скрывалась эгоистиче­ская политика национальной буржуазии, стремление к стравлива­нию различных национальностей, а также мещанское убеждение в том, что «наши клопы — лучшие в мире!»

 

Но значит ли это, как полагал Пятаков, что из факта «неосу­ществимости» полной демократии в эпоху империализма вытека­ет отрицание демократии как таковой? Что из факта корыстности национальной буржуазии вытекает отрицание борьбы за самооп­ределение наций? И значит ли, что понимание сути происходящей империалистической бойни ведет к отрицанию всяких войн вооб­ще? На все три вопроса Ленин дает отрицательный ответ. Он ре­шает опубликовать статью Пятакова в «Сборнике "Социал-Демо­крата"» № 3, сопроводив ее своей статьей «О карикатуре на мар­ксизм и об "империалистическом экономизме"».

 

«"Революционной социал-демократии, — пишет Ленин, — ни­кто не скомпрометирует, если она сама себя не скомпрометирует". Это изречение всегда приходится вспоминать и иметь в виду», ко­гда на то или иное теоретическое положение марксизма, «кроме прямых и серьезных врагов... "набрасываются" такие друзья, кото­рые безнадежно его компрометируют — по-русски: срамят — пре­вращая его в карикатуру».

 

Проблема Пятакова — непонимание диалектики жизни. «Он хочет отрицание защиты отечества превратить в шаблон, вывести не из конкретно-исторической особенности данной войны, а "вобче". Это не марксизм». Ленин поясняет: «Войны вещь архипестрая, разнообразная, сложная. С общим шаблоном подходить нельзя».

 

Он уточняет: «Мы вовсе не против вообще "защиты отечества", не против вообще "оборонительных войн". Никогда этого вздора ни в одной резолюции (и ни в одной моей статье) не найдете. Мы против защиты отечества и обороны в империалистической войне...

 

Если с обеих сторон, как это было в древности между Римом и Карфагеном, а теперь — между Англией и Германией, целью войны является грабеж: борьба за колонии, за рынки и т.п., тогда отно­шение к войне подпадает под правило: если «2 вора дерутся, пусть оба гибнут». А чтобы спасти от неизбежной гибели в такой войне миллионы людей, необходимо повернуть оружие против зачинщи­ков этой бойни. Против правительства своей страны.

 

В нашей нынешней «исторической публицистике» довольно часто (иногда по незнанию, но, как правило, по умыслу) подменя­ют «поражение своего правительства» — «поражением России». Между тем, «поражение правительства», а проще — его сверже­ние означает совершенно иное.

 

Даже из школьного курса истории известно, что «поражение правительства», т.е. свержение короля в 1793 году во Франции ста­ло прологом к триумфальному шествию революционной француз­ской армии по Европе. Да и Гучков с офицерами-заговорщиками, намеревавшийся осенью 1916 года добиться насильственного от­речения Николая II и отставки его кабинета, тоже полагал, что это предотвратит поражение России.

 

Разница заключалась в том, что Гучков хотел использовать дворцовый переворот для продолжения войны. А большевики ви­дели в свержении правительства возможность революционного выхода из кровавой бойни. Ибо «всякий победный шаг револю­ции спасет сотни тысяч и миллионы людей от смерти, от разоре­ния и голода». 

Причем речь шла, подчеркивал Ленин, не о «саботаже войны», не об убийстве царских министров, подобно тому, как в октябре 1916 года Фридрих Адлер застрелил австрийского премьера. Тако­го рода акции, считал Владимир Ильич, — вредны. Он был убежден, что «только массовое движение можно рассматривать как по­литическую борьбу... Не терроризм, а систематическая, длительная, самоотверженная работа революционной пропаганды и агитации, демонстрации и т.д. и т.д.... против империалистов, против собст­венных правительств, против войны — вот что нужно».

И это должны делать, полагал Ленин, не только большеви­ки России, интернационалисты «не одной только нации», а всех воюющих государств, как уже делают К. Либкнехт, Р. Люксембург в Германии, Ф. Лорио, А. Гильбо во Франции, Д. Серрати, А. Грам­ши в Италии, Д. Маклин в Англии, Ю. Дебс в США и другие. 

Но вместе с тем необходимо помнить, что в империалисти­ческую эпоху могут быть и справедливые, оборонительные, рево­люционные войны. И если, к примеру, вопрос стоит «о свержении чуженационального ига» — воевать надо. Так что «если во время войны, — заключает Владимир Ильич, — речь идет о защите демо­кратии или о борьбе против ига, угнетающего нацию, я нисколько не против такой войны и не боюсь слов "защита отечества", когда они относятся к этого рода войне или восстанию». 

Что касается демократии, то и при империализме нельзя отри­цать «возможность полнейшей демократии внутри нации богатей­шей при сохранении ее господства над нациями зависимыми. Так было в древней Греции, — поясняет Ленин, — на почве рабства». Но главное, «социализм невозможен без демократии в двух смыс­лах: (1) нельзя пролетариату совершить социалистическую рево­люцию, если он не подготовляется к ней борьбой за демократию; (2) нельзя победившему социализму удержать своей победы и привести человечество к отмиранию государства без осуществления полностью демократии». И даже диктатура пролетариата «вполне совместима с демократией полной, всесторонней... (вопреки вульгарному мнению)».  (A.K. - а это моя любимая и главная мысль, тов. [info]iwia !!!)

 

Конечно, все «разговоры о "правах" кажутся смешными во время войны, — пишет Ленин, — ибо всякая война ставит прямое и непосредственное насилие на место права...» Именно мировая война, утверждает он, породила «эпоху штыка»: «Это факт, зна­чит, и таким оружием надо бороться». Но при этом надо всегда помнить, что «в нашем идеале нет места насилию над людьми». Поэтому, когда Пятаков и его ужасно левые друзья, отвергая пра­во наций на самоопределение, заявили, что надо ориентировать­ся на экономическую целесообразность, а «воля и симпатии насе­ления» являются «исторически неправомерной сентиментально­стью», Ленин ответил, что подобные взгляды не имеют никакого отношения к марксизму и являются ничем иным, как «империа­листическим экономизмом». «...Неловко разжевывать азбуку мар­ксизма, — заключает Владимир Ильич, — но как же быть, когда П.Киевский [Ю.Пятаков] не знает ее?»"

 

Tags: Ленин, идеология, патриотизм
Subscribe

  • никогда такого не было - и вот опять

    С интересом узнал, что депутат Госдумы Олег Шеин, левый социалист между прочим, горячо одобрил слияние своей "Справедливой России" с…

  • есть и такая партия

    Нас тут всячески обзывают - не будем показывать пальцем и называть кто, хотя мы их знаем и любим, а между тем хуже нас есть коммунисты. Это фракция…

  • очень личное

    Увидено: NEXTA постит видео: "Очень сильная речь архиепископа Артемия в Свято-Покровском соборе Гродно! Сатанинскому необольшевизму в Беларуси…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 48 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • никогда такого не было - и вот опять

    С интересом узнал, что депутат Госдумы Олег Шеин, левый социалист между прочим, горячо одобрил слияние своей "Справедливой России" с…

  • есть и такая партия

    Нас тут всячески обзывают - не будем показывать пальцем и называть кто, хотя мы их знаем и любим, а между тем хуже нас есть коммунисты. Это фракция…

  • очень личное

    Увидено: NEXTA постит видео: "Очень сильная речь архиепископа Артемия в Свято-Покровском соборе Гродно! Сатанинскому необольшевизму в Беларуси…